За стеклянной дверью

За стеклянной дверью

Женился я рано, в двадцать три года. К тому времени, к которомуотносится моя повесть, мы с женой Ядвигой Масевич - да вы должны еепомнить, еще несколько лет лет назад она слыла "бешеной" - жили немногоотчужденно. Причиной этому, я думаю, было отсутствие разницы ввозрасте. Мы были одногодки (к тому времени нам было по тридцать пять).Ядвига моя была немного... развратной женщиной, в чем вы убедитесь, прочитав эту повесть до конца. Мужчины ей нравились либо пожилые, солидные, убеленные сединой, избалованные жизнью и женщинами, либосовсем молодые, юнцы, но физически крепкие, но стесняющиеся женщиниз-за своей неопытности. Я тоже придерживался в любви несамых жестких правил, пользовался успехом у женщин и репутациейстрастного любовника и имел не одну любовницу. По этим причинам у нас сЯдвигой было заключено согласие: не стеснять свободу друг друга и неустраивать сцен ревности.

Дела же мы вели вместе, сообща обсуждая всехозяйственные вопросы. Хозяйство наше было в порядке и приносило доход, позволяющий нам жить без забот о куске хлеба на завтра. Когда мы только с Ядвигой поженились, она попросила оборудовать ее спальню рядом с моим кабинетом. - Я хочу быть рядом с тобой, мой милый! - Уговаривала она меня. И, хотя любовь к друг другу несколько остыла и мы жили каждый своейжизнью, мой кабинет и ее спальня оставались рядом. Стекла ее былипрозрачны: красное, синее, зеленое и желтое - но такими, что сквозь нихвсе было хорошо видно; если же одна из комнат была затемнена, а другаяосвещена, то из освещенной нельзя было увидеть, что происходит в другойкомнате. Дверь с обеих сторон занавешивалась плотными тяжелыми шторами.

Я всегда держал штору задернутой, тогда как Ядвига свою - всегдаоткрытой. Я затрудняюсь ответить, почему Ядвига, зная, что я из своейкомнаты смогу подсмотреть за ней, никогда не задергивала штору. Можетбыть, она считала, что я совсем не интересуюсь ею, но может быть - имне кажется, так это и было - ее извращенному уму доставлялоудовольствие сознание того, что в самые интимные моменты ее жизни заней незаметно наблюдают. Я, признаюсь, частенько, затемнивсвой кабинет, заглядывал через стекла двери к ней в спальню и нередкостановился единственным зрителем очень интересных спектаклейсексуального содержания, где одну из главных ролей исполняла моя жена. Оставаясь наедине с Ядвигой обычно для решения деловых вопросов, связанных с управлением нашим имением, мы часто делились впечатлениямио своих новых любовных похождениях. Делали мы это непринужденно, сшутками, даже о непристойностях говорили непринужденно, с шутками, просто.

- А у тебя кто? - Каземир Лещинскй, простопрелесть! И откуда в таком возрасте столько силы? Вчера, представляешь, выпили лишнего, и все под мышку хотел, чудак... Ну, как у тебя сВероникой? - Холодновата немного. Боится, что муж вернется. А какая у нее прелестная родинка на левой ягодице!.. Ей понравилосьмежду грудей. Говорит: ой, как тепло! Иногда такие разговорыбудили в нас страсть, и мы тут же испытывали те способы и положения, окоторых шел разговор, но так случалось редко. Часто, узнав новое другот друга, мы это запоминали с тем, чтобы попробовать с другими. Такслучилось и на этот раз. Ядвига взяла на заметку способ "между грудей",и через день я был свидетелем того, как она испытывала его с Каземиромв своей спальне. В этот день я уже собирался ехать в имениеПшевичей (капитан Пшевич был в отъезде, а мы с его женой Вероникойзанимались любовью), когда к крыльцу подкатила коляска с Каземиром. Поздоровавшись с ним, я извинился за то, что вынужден покинуть их сЯдвигой. - Ядвига, надеюсь, ты не позволишь господину Каземиру у нас скучать, - сказал я шутливо, оставляя их наедине. Я хотел уже выйти из дома, как вспомнил, что я собирался показатьВеронике французский порнографический журнал. Зайдя в свой кабинет, долго выбирал, какой журнал взять, выбрал уже и, взявшись за ручкудвери, ведущей в коридор, заметил, что шторы перед дверью жены немногозадернуты. Я подошел и инстинктивно взглянул в спальню. Ядвига не давала Каземиру скучать, он поспешно сдергивал с себя одежду, а она, уже обнаженная, лежала на спине в кровати. Игривая, страстнаяулыбка звала его к себе. Руками она поддерживала свои полные груди сбоков так, что между ними образовалась глубокая ложбинка, Ядвигапопросила: - Казенька, давай сюда между сосков... Каземир склонившись встал над ее грудью на колени и направил свой членмежду грудей. Она сжала груди руками так, что его член оказался зажатымпромеж ними. Он стал яростно двигать задом растирая его между грудей. Когда член выходил у ее подбородка, Ядвига хватала его ртом. Онаусовершенствовала то, что услышала от веня. Пульс мой участился и это япочувствовал висками. В я поехал к Веронике. Такой обмен делал нашу жизнь с Ядвигой даже интересной, полной новых способов удовлетворения распиравшей нас страсти. Однажды мы с женой наметили обсудить ряд вопросов, касающихсяуправления имением. Я стал готовить необходимые бумаги в своемкабинете, а она ушла в свою комнату, сказав: - Я на минуточку. Разложив документы на столе, я стал ждать ее. Прошло минут десять, ноЯдвиги все еще не было, я взглянул за штору в ее спальню. То чтоувидел, начало возмутило меня: ведь я ждал ее. Голая, она лежала накровати, в руках у нее была раскрыта книга. Заглядывая в книгу, онаделала разные упражнения; то поднимала вверх ноги, подтягивая колени кгруди, то раздвигая ноги широко в стороны, поднимая их снова вверх, толожилась поперек кровати и опускала ноги на пол. Злость моякрепла. Но наблюдая за ее действиями я стал понемногу возбуждаться. Член налился кровью и просился в работу. Голова шла кругом, мноюовладела страсть, и когда она легла на кровать задом к краю, подняв ишироко раздвинув ноги так, что моему жадному взору представилсяобрамленный золотистыми волосами открытый зовущий вход в ее чрево, илукаво глянув в мою сторону, как будто зная, что я подсматриваю, ярванул дверь и влетел в спальню. На ее лице мелькнул испуг, но толькона мгновение. Потом появилась лукавая улыбка. - Подглядываешь, бестыжий! Она не сменила позы, только бросила книгу на столик. Я заметил ееназвание - "Учитесь наслаждаться". Рывком я расстегнул панталоны ибросился на Ядвигу. Она с готовностью принимала мои ласки, одаряя менясвоими. Мы испытали несколько прочитанных ее способов. Разложенные вмоем кабинете бумаги дождались своей очереди только утром. Меня заинтересовало название книги - "Учитесь наслаждаться". Стесняясьпопросить ее у Ядвиги, я решил посмотреть тайком. Через день я нашелкнигу в тумбочке у нее в спальне, зашел в свой кабинет сел в кресло укамина и стал перелистывать ее. В книге описывались приемы и способыполовых сношений, советы, как возбуждать партнера к половому акту. Невольно мой член проснулся и стал наливаться, а когда кровь наполняетмужской член, то, не вместившись туда полностью она бьет в голову. Мужчина становится одержим своей страстью. Так стало и со мной. Япродолжал читать, а рука сама по себе расстегивала пантолоны, потомвзяв член я стал его массировать. Вдруг дверь, входящая в коридор, открылась, и в кабинет со свечамивошла и сразу направилась к столу горничная Ирка, высокая, стройная, черная, полногрудая девушка лет восемнадцати-девятнадцати. Она меня несразу заметила, так как мое кресло стояло боком к двери. Я издалкакой-то шум и она с испугом повернулась в мою сторону. Представляете, что она увидела! Перед ней в кресле - барин, в одной руке держал книгу, а в другой - возбужденный, вздрагивающий член. Свечи выпали у Ирки изрук. "О, провидение! Вот кто удовлетворит мою страсть!" - Мелькнуло уменя в голове. И, бросив книгу, я кинулся к горничной. Она, пораженнаяиспугом, дрожа стояла задом к столу и причитала: - Пан Юзеф, простите... Я не хотела... Я думала, вы уехали... Что я наделала! Я молча схватил ее и хотел раздеть, но она со словами: - Панычек, миленький, простите, не говорите пане Ядвиге, она запорет меня. - Упалапередо мной на колени. Мой член коснулся ее лица. Окончательно несоображая, что делаю, я обнял ее голову и, когда она открыла рот, чтобычто-то сказать, я вставил ей в рот свой член. Она стараласьвысвободиться, вытолкнуть его изо рта, но я держал ее крепко за волосыи двигал членом у нее во рту. Мое возбуждение было настолько велико, что сделав несколько движений и затолкнув его в самое горло я кончил. По ее горлу пробежала судорога, несколько раз она сглотнула. Я поднялее с колен, Ирке было плохо: ее вот-вот должно было вырвать. Я подошелк столу налил стакан воды и поднес ей. Она сделала два глотка, а темвременем я приводил себя в порядок. - Спасибо, вам пан Юзеф, - поблагодарила Ирка за воду, - я вас умоляю, не говорите пане Ядвиге, что я была здесь! Эта боязнь горничной объяснялось, тем что моя супруга настрогозапретила женской прислуге находиться в кабинете наедине со мной. Ядвига считала, что с равными по положению мы можем развращаться какугодно, но иметь связи с прислугой для нас низко. За всякую провинностьнаказание для прислуги было одно - порка на конюшне. - Ты сама держи язык за зубами, - говорил я, подталкивая Ирку к двери. - Как я посмею, пан Юзеф! - Ну, ладно, иди! Мне было стыдно и противно перед ней и самим собой, показавприслуге такую несдержанность и распущенность. Книгу "Учитесьнаслаждаться" я прочел уже без всякого интереса. Бывая вимении Каземира Лещинского, моя жена подружилась с его дочерьюКристиной. Кристине в то время было семнадцать лет. Красивая девушка, не по годам развитая, как и Ядвига, была ужасной модницей. Они вдвоемчасто ездили в город по магазинам и портнихам. И вот как-то, работая в своем кабинете, я увидел, как к крыльцу подъехала коляска. Изнее с смехом и коробками новых покупок вышли Ядвига иКристина и, весело болтая, вошли в дом. Я уже устал работать и, желаяразвлечься в их компании, вошел через коридор в зал. Однако там их неоказалось. Ни в приемной, ни в столовой их тоже не было. Тогда явернулся в спальню. Стоя друг перед другом, они держали наполненныебокалы. Чекнувшись, Ядвига улыбнулась Кристине, та ответила ей улыбкойнесколько смущенно, и выпила. Торопливость с которой Ядвига опустиласвой бокал, несколько смутила меня. Я быстро затемнил свой кабинет и, расположившись в кресле возле стеклянной двери, осторожно ее приоткрыл, чтобы слышать, о чем идет разговор в спальне. - Юзефа нетсегодня дома, - говорила Ядвига, - и мы проведем время здесь, у меня вспальне. Я покажу тебе, дорогая, мои новые наряды. Кристинабыла одного роста, что и моя жена, и такая же стройная. Только у Ядвигигрудь была полнее, бедра шире и округлее, движения размеренные иженственнее. - Вот смотри, какое, - Ядвига достала из шкафаодно из своих последних платьев. - Ты на мне его еще не видела. Сейчаспомеряю, помоги мне. Кристина помогла ей переодеть платье, любуясь при этом формами ее тела. - Ну, как? - Просто прелесть! - А это ну-ка примерь! Кристина засмущалась, но Ядвига помогла расстегнуть ей платье, азатем снять его. На Кристине был корсет и длинные, почти до пят, панталоны. Верхняя часть ее тела была красива: светлые волосы, красивоелицо, небольшие округлые налитые груди со светло-коричневыми кружкамивокруг розовых прелестных ее сосков. Ей было тоже, неприятно находитьсяв таком полураздетом виде. Она быстро облачилась в предлагаемое платьес декольте. - Как оно идет тебе, дорогая! - А я думала, что оно будет мне велико. Любуясь ее со всех сторон, Ядвига сказала: - Я тебе что-то покажу, только давай еще выпьем. - Что вы, Ядвига, у меня от первого бокала голова кружится! - Ничего, это быстро пройдет. - Ядвига подала ей наполненный бокал.- Потом, если даже будем совсем пьяными, чего нам стесняться, мы здесьодни, ну, за нашу встречу, до дна! Поставив пустые бокалы настолик, Ядвига достала из шкафа маленькую коробочку с четырьмяпримкнутыми внизу ленточками, на конце которых были пуговицы. - Что это? - Удивилась Кристина. - Это новый вид подтяжек-чулко держателей. Мне его недавно прислалииз Вены, сейчас покажу как его носят. Помоги мне снять корсет. - Ядвигаосталась в одних чулках. - Ядвига, милая, какая вы красивая голенькая! - Ты говоришь мне комплименты, как мужчина. А знаешь, давай на тебе его примерим! - Давайте! Кристину, видимо, разобрало вино. Стеснение ее прошло. Она быстроскинула платье. Вдвоем они расстегнули корсет и сняли пантолоны, которые портили ее. - Какая ты красивая! - Ядвига обняла Кристину за плечи и нежно поцеловала ее соски. - Ой, что вы, Ядвига! - Чуть слышно, как от щекотки, хихикнула Кристина. Ядвига стала целовать ее щеки, шею, плечи. Кристина любовалась собой в зеркале. - Делай же примерку чулкодержателя! Ядвига отпустила девушку, подняла с пола чулко держатель, оделаКристине на бедра, и встав на одно колено так, что стало видно всеокрытое волосами пространство между ее ног, стала пристегивать чулки. Лобок Кристины был около Ядвигиного лица. Одной рукой пристегнув кчулкам последнюю застежку, Ядвига не вставая с колен, обняла девушкурукой за задок, а второй стала ласкать у нее между ног, а потом сталацеловать ее низ живота, бедра, лобок и наконец между ног. - Что вы делаете, Ядвига? Пустите! Что вы делаете? - Молила Кристина, иее руки делали слабую попытку отстранится от Ядвиги. Но Ядвига входилав экстаз. - Ядвига, милая, я сейчас умру!... Онадействительно качнулась, глаза ее закрылись, и она упала бы, если быЯдвига, вскочив на ноги, не обхватила ее одной рукой, прижавшись к нейвсем телом. Вторая ее рука оставалась у Кристины между ног, и онапродолжала возбуждать ее. Затем Ядвига впилась долгим поцелуем в ее роти стала теснить Кристину к кровати. Кристина упала на кровать. Продолжая целовать ее груди, Ядвига расстегнула и спустила до колен вместе с чулками, легла сверху, положив свою левую ногумежду ног девушки, а ее правую ногу положила между своих ног и сталагладить распростертое тело девушки своим телом вверх-вниз. Грудитерлись о груди, живот о живот, ноги терлись между ног.

Поделиться:

Еще интересные материалы: