Везенье ли это?

Везенье ли это?

Оля приходила в себя, она открыла глаза. Смотреть не давали слипшиесяна лице волосы. С большим трудом она отодвинула сырые от слез и потапряди волос, сил поднять руку не было. В комнате было темно, онаоттискала взглядом окно, за грязным окном были сумерки. – Что сейчас, утро или вечер?- Едва просматривающиеся предметы ходили ходуном, головакружилась, все тело болело, в низу живота все жгло, как будто обвариликипятком.

Под задницей, было сыро и холодно. С трудом она сдвинулась накрай лежака, на сухое место. Оля повернула голову, пытаясь осмотреться. Рядом на скамейке лежало аккуратно сложено её платье, радом стояласумка, внизу валялись босоножки. Она очень хотела пить. Превозмогаяболь и усталость, она подтянула на себя тяжеленную дорожную сумку, любое движение ногами, отражалось адской болью внизу живота.

Открывсумку, она достала бутылку спрайта, глотнула и едва успела отвернутьголову, организм не захотел принимать напиток, желудок чуть невывернуло на изнанку. Полежав немного и придя в себя, она достала избокового кармана сумки мобильник, выругалась, - батарея разряжена - горела надпись. Полежав еще пару минут, она поднесла бутылку напитка корту, на этот раз её желудок не противился. Она одним залпом выпилалитровую бутылку, достала из сумки куртку, укрылась ей. За окном и вкомнате светлело. Потолок, в который глядела Оля, ходил ходуном, как ивсе остальное окружающее. Внизу под лежаком валялась мокрая тряпка, Олявсмотрелась – это были её трусики, впитавшие в себя её кровь и спермунасильников. Она закрыла глаза и заплакала рыдая. Перед глазами поплылужас вчерашнего дня. Закончив девятый класс и уладив все дела вгороде, Оля собралась к бабушке в деревню. Она всегда ездила туда налетние каникулы. Речка там была чистой, огород у бабушки был маленький, работа сильно не напрягала. Вечером в клубе были танцы до полуночи, ато и дольше. Наркота и всякий хлам, внесенный к нам, ПересРайками и демьяновой сюда еще не дошла, да и парни деревенские вели себянесколько культурнее. Протрясшись около часа, на жертверашавтопрома, сляпанного самым тупым в мире российским бараном инженерным, называемым Пазиком, Оля добралась до райцентра. Вскинув насебя тяжеленную сумку, пошла к бабушкиной деревне. Идти предстоялокилометра три. Раньше здесь машин ездило много, теперь колхозыпорушили, никто не ездит кроме скупщиков, да если в гости кто. Пройдя метров триста, Оля начала ругать себя. – Ну нафиг было стольковещей набирать -. Хотелось пофорсить перед деревенскими подругами. Олябыла хоть и скромна в нарядах, одевалась со вкусом, заношенные вещи нелюбила. Сама она была очень в свои 15 красива, светлые длинныеволнистые волосы, зеленые глаза, смачная фигурка. Немножко полноватыеножки не портили её, а наоборот. На вид ей давали лет 17-18. День былжаркий, она распустила крабик удерживающий её волосы, голове сталосвежее. С распущенными волосами она была просто неотразимой, хотя нелюбила появляться так на людях. Оля шла и думала о своей подругеСветке, которая примчится сломя голову, бросив все дела, узнав, чтоприехала она и они долго будут перемывать косточки местным парням. Расскажет она о Кольке. Кольку она помнила еще маленьким, никогда недумала, что из него вырастет принц. Лет в 10 он был худой, щупленький, белые волосы торчали как у одуванчика в разные стороны, нос былпостоянно облуплен, под носом вечно сопли, но за последние два годаКолька преобразился, возмужал, покрылся мышцами, хоть на подиум выводи. Оля ему нравилась, да и он ей тоже, только сказать об этом, открытоникто не решался. Так с передышками, думая о приятном, Оляпреодолела большую часть пути, оставалось перейти овраг, подняться нагорку и вот уже деревня. Оля уже перешла через лужу в овраге и началаподыматься вверх на горку, как сзади послышался шум мотора. – Апораньше, ты козел не мог приехать – проворчала она про себя. Уазикперегородив, Оле дорогу остановился. Оле стало страшно. В машиненаходились четверо подвыпивших парней лет 20-25, все сразу уставилисьна Олю, просверливая глазами дырки в её ножках, ветер колыхал ее синееплатье, приподнимая его. – Садись, подвезем, куда скажешь. - Спасибо я уже почти пришла. - Ты, чья? - Мамина и Папина. - А идешь к кому? - Тебя туда не звали, можно я сама дойду. Парни минут десять уговаривали ее сесть в машину, выспрашивали кто онаи откуда и не получив согласия поехали. – Пронесло – облегченновздохнула Оля. Уазик проехал метров двести остановился. Оля шла вперед, не обращая внимания не него, и сидящих внутри. Вот уже показались крышидомов, еще немного и дошла, думала она. Однако машина резко поехаланазад, когда уазик сравнялся с ней, обе двери с правой стороныоткрылись, от туда, выскочили двое парней. Тот, что сидел спередисхватил у Оли сумку и закинул за заднее сиденье, другой схватил Олюсзади зажав рот. Вдвоем они закинули ее как куклу на заднее сиденье гдеона оказалась в руках третьего. Оля не успела даже опомниться. Парнисели в машину захлопнув дверки и закрыв стекла. Оля сидела на заднемсиденье зажатая между двух парней. – А ну, быстро отпустите – скомандовала она. - Отпустим, раз так просишь - заржали все четверо. - Я буду кричать. - Не скучно одной будет? Давай вместе - Опять все заржали. Оля поняла в какую историю она вляпалась и начала кричать, что было сил. - Мм-аа-м-ааа, помог-иии-теее. Водитель нажал на педаль газа, рев мотора приглушил крик Оли. Всечетверо опять засмеялись. Поняв, что её никто не услышит она началавырываться из машины. Она нагнулась на правую сторону, чтоб открытьдверку, тот, что сидел справа от неё, схватил её за грудь. – Тверденькая, целка видать. Произнес он. Оля начала истошно кричать, пытаясь вырваться, но парни развели её руки в разные стороны и прижалиих к сиденью. Другой, что сидел слева просунул ей руку между ног. – Какие лапки, какая нежная кожа - произнес он. Оля вырывалась всемтелом, кусалась, старалась бить ногами, мотала головой, но ничего немогла поделать. Один насильник, расстегнув платье шарил у неё по груди, поглаживая еще детский сосок, другой гладил её пухленькие ножки. – А нучто там у нас? – обернулся тот, что сидел впереди рядом с водителем. Онпросунул руку к трусикам и начал гладить лобок. Из Олиных глаз брызнулислезы. – Ребята, я вам ничего плохого не сделала, пожалуйста, отпустите – пищала она, как котенок тоненьким голоском, пытаясь разжалобитьнасильников. Водитель повернул зеркало на её ножки и наслаждался еёголубенькими трусиками. Так они сидели в машине минут десять. Парнищупали её, гладили ноги, целовали шею, любовались её красивыми ножками. - Несправедливо получается, отпустишь, и будет она принадлежатькому то одному, такая вот красивая, а красота должна принадлежать всем-. – Повезли её в мастерские – предложил тот что справа. – Она неместная – не заявит. Машина рванула с места, проехала мимодеревни в сторону заброшенного гаража, что был совсем рядом, сдеревней. Олю вытащили из машины, и внесли в слесарку, зажав ей рот, она извивалась как уж, но не смогла даже крикнуть. Её понесли черезкомнату с железяками и втолкнули в другую похожую на бытовку, широкуюкомнату. Поставили на ноги. Она сразу бросилась к дверям, но тут вдверях появился водитель, который прятал от глаз посторонних машину. Оля прями влетела ему в руки – Стой крошка – произнес он, впившисьгубами в её шею и пытаясь задрать её платье. Пощупав её, он оттолкнулеё от себя, Оля влетела в руки другому. Тот задрал ей платье и помяв еёпопку оттолкнул дальше. Так они толкали её, тиская и целуя минут пять, после чего начали срывать с неё одежду. Через некоторое время онаосталась в одних трусиках, парни щупали её лобок, целовали грудь, живот, и даже ножки, лапая её везде руками и восхищаясь её красотой. Она даже не заметила как парни сами разделись до трусов, через которыеявно проступали готовые к труду хуи. Обессиленная Оля чуть не упала напол, но тот, что ехал рядом с водителем подхватил её на руки. – Несисюда станок – скомандовал он. Трое других поставили рядом две скамейки, и положили на них матрац от кровати. Плачущую и перепуганную Олюбросили на ложе, один схватил её за руки, двое других за ноги, разведяих в разные стороны. Третий, сняв свои трусы, подошел к Оле. Онаужаснулась, увидев его хуй, она видела это в фильмах, но в живую, такблизко никогда. - Отпустите, не надо, пожалуйста – умоляла она. Околоминуты насильник смотрел на нее восхищаясь, её данными, потомнаклонился, просунув руки под трусики и сорвал их с девушки, наружу высветился светлый, аккуратный лобок. Она заметалась из последних сил, все еще надеясь избавиться он насильников. Он лег возле её ног и началцеловать внутренние части ляжек, она вырывалась, его руки скользнули кеё девственной щелке, и начали лезть в дырку, гладить клитор. Троедругих лапали её ножки, тот, что держал руки гладил шею, двое лежали побокам, мяли попку, целовали ножки. Через минуту Оля сама не заметила, как перестала плакать, низ её животика задергался, она судорожнозадышала. - Готова – заметил парень, - смотри еще целка – показал он, раздвигая намокшие Олины губки. Он лег на нее и резко рванулся вверх. Оля истерично завизжала, зажмурив глаза от боли, пытаясь высвободиться. Её тело, повинуясь жестким толчкам, заметалось вверх вниз. Из губначали вырываться несвязанные фразы – Ммаа-нена-даа нема-гу-аамаа-боль - но пусти-ааа-пожа-ааа-лу-ааста мааа-ну нена-ааа-гаа-ды-ааа. Острая боль пронзила её с низа живота до головы, от напористых толчковвнутренности, казалось, вылетят через горло. Оля завертела всем телом, пытаясь как-то облегчить боль. Насильник горячо и судорожно задышал веё ухо. Другие смотрели на выражение её лица, на её колыхающиеся ножкии ждали с нетерпением своей очереди. Через пару минут он застонал, Оляпочувствовала, как горячая струя ударила ее внизу живота и растеклась, будто по всему телу, вытекая наружу вперемешку с её кровью. Теплаялипкая жидкость потекла через её ягодички, к спине. – Ты чего наделал, зачем ты спускал в неё – закричали трое остальных. – Извините, мужикине удержался, ну очень уж хороша куколка. Он взял Олины трусики итщательно обтер её. Между парней вышла небольшая перепалка, комуследующему, уже через минуту Олю опять терзали, хотя боль немногопоутихла, но все же была ощутимой, её тело опять заметалось подтолчками, волосы растрепались. Она застонала в такт толчкам. И опятьОля чувствовала частое дыхание в ухо, ударившую в неё сперму, как еёопять обтерли, и уже другой насильник терзал её тело. Так её опробоваливсе четверо расхваливая, её упругие грудки, узенькую щелку, гладкуюкожу. Передохнуть ей не дали, изнасилование пошло по второму кругу. Олебыло нечем дышать, боль с низа растеклась по всему животу и телу, отпостоянных толчков закружилась голова, болел позвоночник. Оля лежала ихныкала, тяжело дыша придавленным телом. - Зачем-мм-вы-аа уйди-аа-те-ммнемогу мм-ааа-мм - Насильники теперь менялись не так быстро, проводя наней минут по семь. Оля чувствовала, как под ней стало совсем мокро, низживота начало жечь, как огнем, голова закружилась, время для неёостановилось, от потери крови и удушья она потеряла сознание. Очнуласьона, когда трое насильников сидели за столом, распивая бутылку пива, один лежал у её ног и целовал внутренние части бедер. Сколько раз еёимели, она не знала. Все тело болело, в животе казалось, всевнутренности вырваны с места и плавают в сперме, доставляя невыносимуюболь. Меду ягодиц и под ними было мокро и противно. – О проснулась, наша красавица – закричал кто то пьяным голосом. – Хочешь пива? Аводки?- Оля лежала, глядя в потолок стеклянными глазами и никак нереагировала на их слова. Двое подошли к ней, один взяв её за шеюприподнял. – Ммм-мм - протяжно застонала она, почувствовав резку боль вживоте. Другой надавил ей на щеки, и в открытый рот влил пол стаканаводки. Оля хотела выплюнуть но ей сдавили челюсть, кашляя и задыхаясь, она проглотила водку, в голове у неё зашумело. – Щас будет втораясерия – подшутили парни. И опять на нее залез тот, что был первым, опять тело её заметалось под толчками, опять из её груди вырывалсястон. Насильники теперь по долгу мучили её, они почти не спускали, отчего Оле было особенно больно, низ живота будто варили в кипятке. Еёуже никто не держал, она и так не могла уже даже пошевелиться, а простолежала раскинув руки и глухо стонала. Она потеряла счет времени и счетсовершенных над ней актов. Когда насильники пошли по второму кругу, онапросто потеряла опять сознание. Весь день Оля пролежала належаке, в мастерской не в силах подняться. Лишь поздно ночью, когдаболь чуть поутихла, набравшись сил, она пошла к бабушке. Шла она, широко расставив ноги, мелкими шагами, каждый шаг причинял ей боль, вголове все ухало и ходило ходуном вверх вниз, будто её еще трахают, сумка была непомерно тяжелой. Дорога заняла у неё часа два. Бабушка ужеждавшая её была как на иголках, увидев Олю, она все поняла. Неделю Олялежала и почти не вставала и не ела. Лишь через неделю она пришла всебя. В деревне удалось скрыть о случившемся, в милицию тоже заявлятьне стали, зачем лишние сплетни.

Поделиться:

Еще интересные материалы: