Письмо

Письмо

Долгое время собирался написать, но все откладывал. Зачем пишу? Мне этои самому непонятно, наверное, потому, что не с кем поделиться, друзей-то раскидало, да и не все им расскажешь. Сразу прошу, еслиписьмо опубликуете, то, пожалуйста, измените имена. История невыдумана и произошла в вашем "небольшом городе". В общем, все этослучилось четыре года назад. Я работал в одной структуре, специальносделанной под "бизнесвумен", как мы ее называли, Ларису Ивановну, дражайшую половину своего высокопоставленного муженька. Хватка унашего начальника была железной, такой и осталась. Наши дела двигались, словно за локомотивом, коим и являлась Лариса Ивановна.

Этосовсем еще молодая женщина, 30 лет, яркой внешности, с мощным, я бысказал, мужским характером. Будьте уверены, у мужской половины нашегоколлектива она не вызывала никаких других чувств, кроме уважения, абольше - боязни. Любила начальница, если что, устроить публичную"порку" своим подчиненным. После подобного мероприятия настроение былоиспорчено минимум на день как у жертвы, так и свидетелей действа. Мнетогда было 25, отслужил в армии, закончил институт, работал поспециальности - программистом и чинил всю офисную технику, котораяимела обыкновение ломаться (то бумага кончится, то ксерокс заправитьнужно, а то еще и файл нужный куда-нибудь по сети закинуть). Невзлюбиламеня Л. И., так мы ее называли. Может быть, за некоторую природнуюмедлительность, а может, и еще за что? Наверно, раздражение у неевызывал даже мой вид. Ничего особенного я из себя не представлял, ужповерьте. Но она постоянно делала выволочки ни за что, ни про что. Придиралась, в общем. Понятно, что достала она меня своим отношением доколиков в печени. Начал я подыскивать, куда бы свалить с этогонагретого местечка. Думал, что хочет избавиться от меня, чтоб устроитьсвоего протеже. Через полтора месяца подвернулась возможность уйти вкомпьютерную фирму, открывались неплохие перспективы, и я началготовиться к уходу. Написал заявление по собственному желанию, но Л. И. заставила еще две недели отрабатывать, пока не найдут замену. Плевать, год мучился, можно и две недели потерпеть. И вот однажды какая-то вожжамне под хвост попала, решил я пошутить над нашей суровой директрисой. Совещание и планерки обычно проходили не в ее кабинете, достаточнонебольшом, а в малом актовом зале с мощной мебелью, доставшейся отпрежних хозяев - почти прекратившего существование одного НИИ. Председательскийстол был просто огромен, за ним запросто мог уместиться президиум изпяти человек. Л. И. же обычно располагалась там одна и устраивала намразбор полетов - "заряжала" на всю неделю. Хлебнул для храбростиконьячку, и забрался я под этот огромный стол, решил испугатьначальницу. Да что я терял, все равно ухожу, подумает, что чокнутый, ивсё. Что мне с ней - детей крестить? Согнулся в три погибели, затаилсяпод столом, дождался, когда все наши займут свои места. Через минуту Л. И. ворвалась, и с места в карьер начала "грузить": там то нужно, тамэто, тут такие промахи, а здесь то не доработано. Присаживаться она неспешила, пока не дала слово начальнику отдела обработки данных. Тут Л. И. заняла свое царственное место, и мне открылись совершенно прелестныеее ноги. Мысль напугать обладательницу подобного совершенства уже невозникала. А еще я никогда не предполагал, что женщина (на работе и впостели) может так божественно (уж извините за напыщенность)благоухать. Я никогда не был закомплексованным человеком, правда, сподругами не везло, не задерживались, видимо, ввиду моего нелегкогохарактера, поэтому мне не нужно было переступать через себя, чтобыначать целовать ее ножки. Сначала Л. И. напряглась, и, скореевсего, хотела выставить меня из этого убежища, но потом передумала, аменя вычислила, скорее всего, по отсутствию среди работников, т. к.поглядеть под стол она, скорее всего, не решалась. Я приближалсяк ее цветочку, а Л. И. слегка откинулась на спинку кресла, кстати, излюбленная ее поза. Так что никто ничего и не заподозрил, разве чтоначальница была достаточно немногословна, а "пятиминутка" закончиласьраньше минут на пятнадцать. Она ушла сразу же вслед за всеми, оставивпод столом ошалевшего меня и мой трофей - трусики из нежнейшей ткани. Явыбрался незамеченный, умылся, засел за компьютер. Весь день никто меняне долбал, а минут за пять до окончания работы вызвала Л. И., что-тослучилось с ее факсом. Я в кабинете возился с факсом и автоответчиком, он самым необычным и страным образом распрограммировался. Она вошла и закрыладверь на ключ. - Ну что же, Рома, ты себе позволяешь? Ямолчал, склонившись над аппаратом. Что я мог ей ответить? Она подошласзади, развернула меня к себе, и тут я увидел, что она была на самомделе красивая и совсем не "страшная" баба, которой, видимо, не хваталоласки и любви. И тут она меня поцеловала в губы, взасос. И мыпроласкались до самой ночи. Лара оказалась очень искусной любовницей. Я, наверное, прежде никогда не испытывал такого удовольствия, как в томпыльном рабочем кабинете. Начался наш служебный роман. Никуда я не ушел. Только по уговору с Л. И. она продолжала спускать на людях на меня всех собак. Ая отрывался у нее в кабинете. Иногда мы уезжали за город, накакую-нибудь базу отдыха или снимали номер в гостинице. Так прошлооколо года. Мы любили друг друга, однако разводиться Лара и несобиралась, ее все в муже устраивало. Я же думал, что он был оченьimportant мен. Мне было плевать. А еще через полгода нашего знатногомужа забрали в Москву, он, соответственно, забрал туда и жену, в однуконтору руководить, а она - меня, нужно же кому-то обслуживатьоргтехнику. Полгода назад у нас родилась девочка - Софья, а я стал еекрестным папой. И на правах кума стал вхож в их дом. Надо сказать, чтоее муж очень приличный человек, наверное, он о чем-то догадывается, ноочень любит Лару.

Поделиться:

Еще интересные материалы: